«Vpoxod» за смертью

[Саня Леонов]

Нашел на просторах интернета, прочитал и опупел. Там еще комментарии гидов ниже были, но это уже потом докопирую, или сами найдете.
Стираю и стираю маты - а они так и пишутся, так и пишутся!!!!


Нам повезло: погода стояла отличная. В радостном настроении после успешного восхождения мы начали спускаться с вершины Эльбруса. Вдруг на траверсе западной вершины, на высоте примерно 5500 м, мы увидели лежащую на снегу девушку. Возле неё сидели мужчина и женщина. Я остановил свою группу, подошёл к коллегам и поинтересовался, что случилось.
Оказалось, девушка выбилась из сил и не способна самостоятельно передвигаться. Мужчина спросил, можем ли мы спуститься до «Приюта 11-ти», возле которого стоит лагерь питерцев, с которыми приехала девушка (Юля), и позвать кого-нибудь из них на помощь. Я ответил, что вряд ли кто-то из питерцев после восхождения найдёт в себе силы снова подняться на 5500 м.
Мы решили спускать Юлю сами. Слава Богу, она смогла идти. Очень медленно, но всё-таки самостоятельно. Её сопровождал гид нашей группы.
По пути разговорились. Оказалось, что Юля очутилась на горе благодаря Интернету. Есть такой сайт www.vpoxod.ru некоего питерского «Клуба приключений» (не путайте его с другим похожим сайтом www.vpohod.ru). Так вот, на этом сайте приглашают участвовать в самых разных походах, в том числе любой может купить себе участие в восхождении на Эльбрус в сопровождении инструкторов, которые, как написано на сайте, «прошли не один поход и специальную подготовку». За 10-дневный тур на Эльбрус (без стоимости проезда до Пятигорска) просят только 14.200 р.
Юля их заплатила и оказалась в одной из двух групп «Клуба приключений», которые параллельно готовились к восхождению. После акклиматизации 54 клиента «Клуба» в сопровождении 2 (двух!!!) гидов вышли на исходную позицию – к восстанавливаемому «Приюту 11-ти» (4100 м). Здесь на досках организовали штурмовой лагерь. Руководил всем инструктор «Клуба приключений» Павел Лохов.
Ночью 2 августа обе группы с двумя гидами вышли на восхождение. Каждый поднимался в своём темпе. Погода стояла отличная. Юля дошла до седловины, отдохнула и решила продолжить подъём. Время было часов 9 утра. К тому моменту почти все «впоходники» вместе с гидами уже начали спускаться. И когда девушку покинули силы, она фактически осталась на Горе одна. Предоставим слово Юле.

Наша группа вышла из лагеря в 2 часа ночи. Вскоре все разбрелись: кто-то шёл быстрее, кто-то медленнее. И я поняла, что мне придётся подниматься в одиночестве и самой справляться со всеми трудностями. Это я никак не предвидела. Но я шла, пока были цель и силы.
К такому повороту событий я была не готова. Весь подъём на вершину проходил для меня очень тяжело. Восходить в одиночку, мне кажется, – рискованное решение. Это я сразу поняла, когда остановилась отдышаться и у меня упал и укатился альпеншток. За ним пришлось спускаться с тропы, а вот подняться по крутому склону уже не получилось. Повезло: рядом были другие восходители, которые помогли мне. В тот день была хорошая погода, много людей поднималось на вершину, и поэтому я всё же решила продолжить восхождение.
Я видела одного участника нашей группы, который забрался на вершину около 5 часов, он попался мне навстречу, пожелал сил и удачи. А потом мимо меня быстро прошли, спускаясь, ещё 5–6 человек из нашей группы, которые тоже довольно рано забрались на вершину. Нашего гида я не видела. Фактически все члены нашей группы во время восхождения были предоставлены самим себе. Я не знаю, стоит ли обвинять Павла, так как, возможно, он был поставлен в такие условия руководством «Клуба приключений» и вынужден был работать с большим количеством клиентов. Однако он должен был понимать свою ответственность за доверенных ему людей.
Выше седловины я остановилась. Какой-то мужчина угостил меня тёплым чаем, мне стало лучше. Примерно в 8.45, на 5500 м, меня внезапно покинули силы, и двигаться самостоятельно я уже не могла. Мне вдруг стало трудно дышать, появилась тахикардия, перед глазами начало всё плыть. Мне казалось, что я могу потерять сознание. Были лишь «душа и глаза», телу что-либо приказать было невозможно. Я подумала, что, если немного отдохну, то смогу начать спуск. Увы, все мои попытки двигаться были тщетны. Одна попытка привела к тому, что я, зацепившись «кошкой» за другую, упала и скатилась вниз на несколько метров (Замечу, что это произошло в 200 м выше седловины на кругом участке траверса, где каждый год кто-нибудь «улетает» вниз. Последний раз такое произошло в конце сентября 2010 г., когда с этого склона съехали и поломались двое поляков). Но мне повезло! Был хороший снег, он не позволил скатиться слишком далеко. После этого я решила лечь. Я не знала, что буду делать. Я была в отчаянии. У меня не было рации, а мобильный телефон тут, к несчастью, не работал.
Сколько я пролежала на холодном снегу, не помню. Неподалёку проходили люди, поднимающиеся на вершину или спускающиеся с неё, они улыбались мне, а я даже не могла им сказать, что мне плохо! Сознание было затуманено. Проходившая мимо группа дала мне таблетки под названием «Гипоксен». Это немного улучшило мое состояние. Я удивилась, что есть такие медикаменты, которые помогают снять симптомы горной болезни. А ведь в нашей группе не было хорошего врача, никто бы не смог сделать инъекцию при несчастном случае. В тот момент мне было больно, горько и обидно. Я потеряла психологическое равновесие, и мне стало очень страшно.
Через какое-то время ко мне подошли спускающиеся с вершины мужчина и женщина. Они поняли, что мне срочно нужна помощь. Примерно в 11 часов подошла ещё одна группа. Её руководитель решил помочь мне. Стало стыдно за себя, что я оказалась брошенной, за свою группу, которая заставила меня испытать это чувство. Передвигаться мне было сложно, тело так и пыталось упасть. Благодаря гиду московской группы, который осуществлял мой спуск и морально поддерживал, я благополучно вернулась к штурмовому лагерю.


Я оказался там несколько раньше. К моему большому удивлению, никого из гидов группы здесь не было – они уже спустились в Азау. И я рассказал оставшимся ребятам историю, которая случилась со мной 9 лет назад.
В августе 2001 г. мы во время тренировочного выхода остановились отдохнуть поблизости от «Приюта 11-ти». Только расселись на камнях, как рядом остановились какие-то люди в бушлатах и со словами: «Ну всё, пусть дальше его тащит кто-нибудь другой», – положили на снег тело мужчины.
Оказалось, что во время восхождения группа российских офицеров наткнулась на седловине на лежащего украинца, которого бросила коммерческая группа днём раньше (!). У того что-то случилось с ногами, и идти он не мог. Тем более, что была пурга. Коммерческая группа, в которой был этот несчастный, дошла до седловины, и когда началась непогода, повернула назад. А своего земляка бросила. Причём гид даже этого не заметил (в той группе не было замыкающего). Каким чудом украинец выжил ночью – непонятно.
Я посоветовался со своей группой и мы стали спускать пострадавшего до «бочек» на Гарабаши в надежде, что кресельная канатка ещё работает. Когда пришли на «бочки», там высыпал весь народ, чтобы посмотреть на страдальца.
Вдруг я слышу, что какой-то мужчина спрашивает лежащего: «О, Вася, это ты?». Я, в свою очередь интересуюсь: мол, Вы его знаете? «Да, – отвечает мужик, – он из нашей группы». – «Так спускайте его вниз и везите в Тырныауз, в больницу, у него ноги поморожены», – предлагаю я. – «Не-е, я не могу – у нас ночью вторая попытка восхождения», – отвечает мне этот горе-альпинист.
Я заплатил балкарцам, чтобы они снова включили «канатку» и спустил пострадавшего вниз, где передал своим друзьям. Вот такая история.

В нашем штурмовом лагере гида не было. Он по просьбе спустившихся раньше начал организацию возвращения в Терскол примерно в 11.00!!! И в 13.00–14.00 они, не дождавшись всех участников восхождения, уже были на поляне Азау. Для меня
это был очень неприятный момент. Это выходит за рамки адекватного человеческого понимания. Надеюсь, Павел сам разберётся со своей совестью (хотя бы через какое-то время).
Попасть в ситуацию, когда в походе царит такая безответственность, я бы не пожелала никому. Бросить часть своей группы – для инструктора более чем невменяемый поступок. Что это – глупый просчёт или открытая безответственность? Покорение вершины требует много физических и психологических сил, ресурсов организма на спуск может не хватить. Зная про это, я, чтобы свести риск к минимуму, и решила пойти с группой «Клуба приключений», руководители которого так красиво описывали надёжную организацию похода на организационной встрече, посвящённой обсуждению восхождения на Эльбрус.
Конечно, спасение других – это сугубо частный вопрос на наличие совести. Наш проводник Павел Лохов решил выбрать безответственный путь. И даже при встрече с ним после моего спуска никаких извинений и никаких объяснений по такому поведению я от него не услышала.
Мне помнится разговор гидов между собой о том, что за такую работу они получают мало денег и потому нужно набирать больше участников. Куда же больше! Мне кажется, в простенький поход по Средней полосе России ещё можно идти толпой в 26 человек с одним проводником, но что касается восхождений – это слишком рискованно. И здесь виновником можно считать только «Клуб приключений». Но и с гида ответственности я не снимаю: если он ведёт группу на восхождение даже в некоммерческих целях, то должен всё равно принимать на себя ответственность за людей.
Повезло, что меня заметили и пришли мне на помощь незнакомые люди. И теперь я хочу сказать им «Спасибо, спасибо, спасибо!» за своё спасение. Жаль, что не могу сказать это моим землякам.

[Саня Леонов]

Думаю, надо все-таки скопировать и версию проводников, чтобы картина была ясная.

Меня зовут Андрей Духин. Я был одним из гидов на восхождении, о котором написана эта статья. К сожалению, на прошедших праздниках я был в отъезде, поэтому прокомментирую статью только сейчас.
Я лично еще на склоне общался со вторым инструктором автора статьи Александра Лебедева - Расимом, и, по моему мнению, эта ситуация была полностью урегулирована еще тогда. Поэтому для меня странно, что эта статья появилась, тем более спустя полгода.
Непосредственно про статью хочется сказать, что в ней допущены многие неточности, серьезно искажающие ситуацию. Кроме того, автор допустил фактические ошибки в изложение событий, поэтому сразу возникают сомнения в точности цитат, приведенных в статье. А добавление истории про группу белорусов - в статью, посвященную конкретному случаю, является элементарной манипуляцией читательским мнением, ну да ладно, все это на совести автора.
Итак, по существу. Нас было 2 группы, в каждой группе было по 2 гида: Андрей Духин, Павел Лохов, Олег Вяткин и Дмитрий Горбушин. Получалось, что на одного гида приходится 12-13 человек. Акклиматизацию наши группы проходили в долине Адыр-Су. На "Приюте 11" наши лагеря стояли в пределах видимости, на восхождение выдвинулись совместно.
На тот момент, когда Юле стало плохо, я еще не спустился к седловине. Здесь восстановить картину событий нам помогла участница Юлиной группы Елена Жукова, которая также была на этом восхождении.
По моей просьбе Елена Жукова прочитала статью Александра Лебедева, и рассказала, как она помнит ситуацию:
"На спуске с западной вершины перед седловиной я встретила девушку Юлю, о которой идет речь в статье. Мы заговорили с ней и недалеко от тропы сели отдыхать. Она меня спросила: "Далеко ли еще до вершины?" Я ей ответила, что с этого места я примерно шла 2 часа. Юля заметно расстроилась, из глаз потекли слезы. Я пыталась ее успокоить, говорила фразы, которые, видимо, все говорят в таких ситуациях, что именно здесь ее высота, и вообще она уже на Эльбрусе, но конечно понятно, что испытывал человек в сложившейся ситуации. В это время спустился до нас наш участник Олег Дарчия, 70-летний мужчина, и принял участие в нашем разговоре. Мы вместе поддерживали Юлю и убеждали, что необходимо спускаться вниз, да и времени уже было много (около 13-00). Юля легла лицом в снег, было видно, что ей плохо. Мы пытались под голову положить ей ее рюкзак, но она снова села. Спросили про ее самочувствие, она сказала, про высокое давление. (Вечером перед восхождением девушка в нашей группе, у которой находились медикаменты, расспрашивала всех про самочувствие и давала некоторым участникам похода необходимые от давления таблетки).
Затем мы напоили Юлю чаем и немного попили сами, чай был у всех. Я расспросила Юлю про ее мальчишку, с которым она все время была вместе. Он мне попался навстречу на рассвете, во время подъема (он спускался в лагерь, на вершину не пошел). Он отдал Юле ледоруб, с которым она и была, когда мы встретились на спуске. Ледоруб был пристегнут к рюкзаку. Я позвонила инструктору и рассказала нашу ситуацию (МТС-связь на Эльбрусе была). С инструктором мы перезванивались несколько раз. В это время проходила группа альпинистов, и наш Олег попросил у них помощи для Юли, так как они шли на Приют 11 мимо нашего лагеря. Мужчины нам не отказали, один из них помог ей встать и взял Юлю под руку, затем они начали совместный спуск. Рюкзак Юли остался у меня, и я его несла. Мы шли позади группы, с которой была Юля, но расстояние между нами все время увеличивалось, группа шла быстро (или мы шли медленно). Несколько раз я наблюдала, что группа останавливалась, Юля сидела, отдыхала, ей давали чай. Когда уже прошли седловину, нас догнал Андрей Духин (один из инструкторов наших групп) с еще одним из наших участников. Он был в курсе ситуации и забрал рюкзак Юли, второй парень взял мой рюкзак. Мы с Олегом Дарчия стали спускаться дальше, а Андрей Духин и тот парень остались."
Хочется обратить внимание на то, что Юлю попросили спустить с другой группой и она не была одна, когда встретила Александра.
Когда я догнал на спуске наших участников Олега Дарчия и Елену Жукову, они еще раз рассказали мне про ситуацию с Юлей, и про то, что Юля уже спускается с другой группой.
По моему опыту, практика спускания вниз участников, которым стало плохо, с другими группами, идущими вниз, не такая уж редкость на Эльбрусе. Я лично подбирал таких ребят и помогал им спуститься.
Почему, я лично не спустил Юлю? Потому что она не была последней из наших спускавшихся участников. Выше нее на спуске оставались еще несколько ребят, которых я сопровождал. Таким образом, если бы для Юли не нашлись добрые люди, с которыми она в итоге спустилась вниз, то она оказалась бы в компании со мной.
Информация автора статьи, Александра, о том, что его группа была последней на спуске, и кроме них некому было помочь Юле - не верна. Наверное, эта существенная неточность связана с тем, что зачастую гиды не очень внимательно следят за другими группами, ведь у них хватает забот со своими участниками.
К приюту 11ти я спустился замыкающим - вместе с нашим самым медленным участником. Спуск мы закончили около 18.30.
Никто из участников не был забыт.
О подготовке и выпуске на маршрут в группах нашего клуба. В моей группе было 25 чел, не зашло 2. Один участник не был допущен к восхождению, а второму, стало плохо на косой полке, и было принято решение, о возвращение в лагерь. На акклиматизации и перед восхождением все участники пили витамины, андипал или диакарб, раскладка с повышенной калорийностью. У меня и моего помощника - Олега, были с собой списки участников восхождения и мы постоянно сверялись, кто на каком участке спуска, у нескольких участников так же были рации и они помогали нам. Во время восхождения у меня и других инструкторов были с собой экстренные аптечки.

[Саня Леонов]

А вот еще один гид пишет:

Всем привет! Я - Павел Лохов, инструктор турклуба КП.

Прочитал статью, Лебедева Александра, выложенную на жж. Неприятно читать про себя такие вещи, но каждый человек имеет право на собственное мнение. И тем не менее я не могу остаться безучастным и проигнорировать данный пост. Я буду использовать и комментировать некоторые выдержки из сочинения Александра ( надеюсь он на меня за это будет не в обиде) и хочу, чтобы текст читателем воспринимался не как оправдание, но как взгляд на ситуацию с другой стороны.

Действительно, наш турклуб уже много лет успешно водит походы в разные точки России и мира. С нами ходят люди всех возрастов: от 5 и до 75, с разной степенью специальной и физической подготовки. «Восхождение на Эльбрус» один из первых маршрутов появившихся у нас.
Как и всегда в конце июля я уехал в КБР. Коллектив подобрался подходящий- задорный! У нас были проблемы с оформление пропусков, но это не помешало нам пройти нормально акклиматизацию и уехать на Азау. Группы в составе 27 человек в каждой сопровождались двумя профессиональными инструкторами туризма(судьи по спорту; участники городских и Российских соревнований по спортивному туризму, ПСР; выпускники турклубов ГДТЮ и т.д.) и двумя помощниками. Каждая пара (инструктор+ помощник) была закреплена за своей группой, но так как маршрут идентичный мы с коллегой, безусловно, помогали друг другу.

И так, мы заселились на деревянном настиле, восстанавливаемого приюта. Здесь, как и во время акклиматизации, я проводил участникам инструктажи. Было неоднократно сказано, что поход серьезный, что нужно трезво оценивать свои силы, было сказано, что там каждый год гибнут люди. Была проведена тренировка на снежнике, где подробно рассматривались вопросы нахождения на горе, специфика хождения в кошках. Была промоделирована ситуация падения участника на склоне где все отработали технику остановки! Неоднократно я говорил о том, что жизнь дороже любых восхождений.
Так же говорилось: 1) Если вы устали - идите вниз 2) Если у вас мутнеет в глазах - идите вниз 3) Если вы на восхождении, чередуя отдых (восстановление дыхания) и ходьбу, отдыхаете дольше, чем идете - ваша дорога вниз, а не наверх и т.д. Так же все были предупреждены, что существует планируемое время спуска группы с горы. Мы запланировали спуск на последней канатке около 15.00. Исходя из этого было назначено контрольное время т.е. если человек не подымается до седловины до 9.00 нужно разворачиваться.

Теперь хочу коснуться конкретно ситуации с Юлей.
После тренировочного восхождения до скал Пастухова Юля чувствовала себя хорошо. Она, как и другие участники, прослушала инструктажи и явно знала, как будет проходить восхождение(«И я поняла, что мне придётся подниматься в одиночестве и самой справляться со всеми трудностями. Это я никак не предвидела. Но я шла, пока были цель и силы.») К тому же Юля была изначально не одна, с ней в поход и на восхождение пошел ее друг, который, дойдя до Пастухова, повернул назад. Юля, явно переоценив свои силы, продолжила подъем («Весь подъём на вершину проходил для меня очень тяжело.»), тем самым проигнорировала те рекомендации, которые я описывал выше. («Восходить в одиночку, мне кажется, – рискованное решение. Это я сразу поняла, когда остановилась отдышаться и у меня упал и укатился альпеншток. За ним пришлось спускаться с тропы, а вот подняться по крутому склону уже не получилось. В тот день была хорошая погода, много людей поднималось на вершину, и поэтому я всё же решила продолжить восхождение.»)

Все остальные события, описанные в посте Александра, являются следствием недисциплинированности самой Юли или неспособностью трезво оценить свои силы.

Спускаясь с горы около 9 утра, я начал настойчиво рекомендовать участникам спускаться. Напоминал каждому про контрольное время. Видимо некоторые участники, как и Юля, понадеялись на свой жизненный опыт и решили продолжить восхождение. После спуска на приют 11 я начал ждать спускающихся. Мой коллега сопровождал участников в выходе на крест и планировал спуститься к 14.00 в седловину. Так же по рации мы договорились, что я с людьми, спустившимися вовремя, начинаем спуск, а он с остатками двух групп спустится на следующий день. В 14.00 мне позвонила Лена, участница нашей группы и рассказала, что она с Юлей спускается и к контрольному времени не успеет. В итоге Юля была на приюте в 18 часов.

В конце хотел сказать, что наверно часть вины за данную ситуацию лежит на мне, как организаторе и я уже сделал для себя необходимые выводы на будущее, но хотелось, чтобы Юля, проанализировав ситуацию без эмоций, смогла четко ответить себе все ли она сделала, чтобы не попасть в такое положение!

Отдельно хочу поблагодарить Александра и его команду за помощь.   
Павел.

[Саня Леонов]

Лично мне это ситуация представляется изначально неправильной и практически неподконтрольной. Все хорошо работает, пока не наступит малейший форсмажор. На такую ораву народу пара гидов - ???!!! А если плохо станет сразу троим из двадцати пяти (или сколько их там было)?

[ОльгаСПб]

Вот с этим  клубом и отговорили мы с Наташей Машу Киви в прошлом году идти.Наверняка  не все похожие  ситуации ещё и описывают для широкого круга читателей,но что рассказывают люди с ними сходившие....Не то что на Эльбрусе,по Байкалу претензий уйма..Так что выбирая клуб..,отзывы,отзывы,отзывы важны...В инете,среди знакомых,друзей..

[Саня Леонов]

Больше всего, наверное, зацепила не конкретная ситуация, а вообще тот факт, что окружающая действительность снова и снова возвращает к этой теме: люди бросают друг друга на горе. Просто... противно.

[ОльгаСПб]

Да удивляюсь ,как они ещё со своей "славой" людей набирают.
 

Больше всего, наверное, зацепила не конкретная ситуация, а вообще тот факт, что окружающая действительность снова и снова возвращает к этой теме: люди бросают друг друга на горе. Просто... противно.

   А тут мне только песня Ляписа Трубецкого вот сейчас вспомнилась "Капитал"
  В левой руке - “Сникерс”, в правой руке - “Марс”
Мой пиар-менеджер - Карл Маркс
В левой руке - “Сникерс”, в правой руке - “Марс”
Мой пиар-менеджер - Карл Маркс
Капитал! Капитал! Капитал! Капитал!

[Саня Леонов]

БРРРР, Оля! Ты меня ваще сейчас в депрессуху загонишь! Для меня все-таки горы - в первую очередь это люди, которые меня там окружают. А тут безнадега какая-то 

[ОльгаСПб]

Саня,это про этот клуб такая "слава".Не загоняйся.)

[Саня Леонов]

Все, пошел к друзьям нафиг, "отогреваться" :)

[Kiwi]

Вот так!!!! Нет слов... Наткнулась я на этот турклуб КП на просторах инета. Вполне все устраивало...цена, то что выезд из Питера и 3 предварительных сбора перед походом. На сайте этого клуба не было форума, а в голове роилась куча вопросов. Начала поиски какого нибудь альпинистского форума, кликая по всем ссылкам. Нашла, зарегистрировалась, месяц задавала вопросы (замучила Сашу), познакомилась с новыми людьми. Рассказала, что планирую идти не с ними, а с клубом КП. И меня стали отговаривать...подумала, что "каждый кулик своё болото хвалит", но сомнения закрались в душу. Я же ничего не знаю, о тех с кем собираюсь идти! Пересмотрела весь сайт этого (выше описанного клуба) ...не нашла ни одной фотографии на вершине Эльбруса! Поискала отзывы в интернете и рассказы тех, кто с ними ходил...и увидела рассказ (мне его сейчас не найти), писала девушка, о том что гид перепутал маршрут, заблудился, она потерялась...её никто не ждал и т.д.
Списалась со Стасом, с Ольгой...и на следующий день отправила заявку на Cтраху-Нет =))) Судьба...Мактуб...Фатум!
Теперь Kiwi поменяла аву...где сидит на Западной вершине Эльбруса!
 

[Наталья]

Ну, Маша, тебя отговаривали, потому что со Страху-нет все запланированные восхождения восходились, а у этого клуба был неудачный поход, когда все участники не смогли взойти из-за погоды (в этом походе была моя знакомая, этой же девушке не очень с ними понравилось на Байкале. Причем другая знакомая поднималась с ними на Эльбрус дважды и вполне довольна. Другие ребята ходили с ними по 30 маршруту к морю – в восторге).
Как мы можем видеть по итогам майского восхождения, такое - непруха с погодой  может случиться с любым турклубом.

А слова этой Юли тоже фильтровать надо, по мне, так барышне нужно было быстрей ногами шевелить, а не впадать в истерику при виде спускающихся.

Зачастую отзывы плохие оставляют хлюпики, которые не рассчитали свои силы. Посмотрите ветку http://www.strahu-net.com/forum/am-o-tm/e-am-e-aa!/   - Здесь вам не равнина
Кругом нытье и жалобы на инструктора, то их бросили в тумане, то сопли не подтерли, то слова доброго перед сном не сказали.

[Kiwi]

..... Юля, явно переоценив свои силы, продолжила подъем («Весь подъём на вершину проходил для меня очень тяжело.»), тем самым проигнорировала те рекомендации, которые я описывал выше.......

........Все остальные события, описанные в посте являются следствием недисциплинированности самой Юли или неспособностью трезво оценить свои силы............

....... После спуска на приют 11 я начал ждать спускающихся........
===============================================
Меня удивили эти строки, написанные Павлом в своей статье.
Конечно никто не имеет права судить людей по статьям, не побывав там с ними в это время.





 

[Александр]

Разговор про майское восхождение на Эльбрус перенесен в соответствующую тему.

А в этой теме затронута интересная, на мой взгляд, тема. На самом деле часто можно сделать неправильные выводы о качестве организации на основании чужих слов. Объективно оценить качество организации похода данным клубом (или каким-то другим) мог бы только сторонний инструктор, который лично там присутствовал. Даже простой участник, новичок, хоть и принимает непосредственное участие в походе, но не может объективно оценивать происходящее в силу простого незнания. Например, инструктор может делать что-то непонятное и нелогичное для новичка, руководствуясь при этом какой-то информацией, доступной только ему, своим опытом и, что немаловажно, интуицией. Ситуация здесь в точности как в медицине. Иногда врач может сделать очень много для больного, а больной в результате напишет на него жалобу. Не потому, что он такая свинья неблагодарная, а потому что он не может оценить то, что для него сделал врач. Чтобы это объективно оценить, нужно для начала 6 лет отучиться в университете и 1 год в интернатуре. Кстати, бывают и противоположные случаи, когда врач не сделал для больного почти ничего, но больной думает, что ему чуть ли не жизнь спасли))

[Саня Леонов]

Александр, а ты сам как инструктор что думаешь по этой ситуации - здесь три точки зрения: девушки, ее инструктора (даже двоих) и стороннего человека, невольного участника событий, который, судя по всему, сам не новичок (раз ему есть, что к ситуации вспомнить). Они в целом, если трезво прочитать, дают достаточно полную на мой взгляд картину...